|
Узнав о смерти Арама, Титан Месраим собрал большое войско и двинулся к границе Арарата. Недобрая весть дошла до Торгома. Он с небольшим отрядом встретил Месраима на границе, разделяющей Арарат и Царство Тьмы.
И Торгом сказал Месраиму:
— О! царь Титанов, почему ты с войском идешь на меня? Чего ты желаешь? Если света недостает в твоем краю, дам тебе света, недостает созидания — подарю его тебе, желаешь цветы растить — поднесу тебе цветы. Скажи же, чего ты желаешь?
И Месраим сказал:
— О! царь Земных Богов, мне свет не нужен — я почитаю тьму, мне созидание не нужно — я жажду разрушения, мне цветы не нужны — меня пьянят запахи колючек.
И Торгом сказал:
— О! Месраим, то, чего ты желаешь, есть в твоей стране и напрасно ты стремишься завладеть Араратом, здесь всего этого нет.
Месраима насмешила наивность Торгома:
— Храбр ты, о Торгом, но зелен, не усвоил еще мудрость Творца. Ты Бог, я Титан, ты Арий, я Чарий. И по воле Отца Ара твое дело — созидание, творение а мое дело — разрушение, опустошение.
И Торгом сказал:
— Месраим, если Творец предуготовил нам разные роли, Он предоставил нам и разные земли. Пусть каждый выполняет свою роль на своей земле.
— Не мудр ты, о храбрый Торгом, — сказал Месраим, — в своей Пустыне что я могу разрушить, коли там нет созидания? Созидание в Арарате, и только там я могу разрушать! Я пришел сразиться с тобой. Если я окажусь сильнее, завоюю Арарат, и под покровительством моего Бога Вишапа разрушу его и лишу света. Если же ты окажешься сильнее, завоюешь мою Пустыню и под покровительством твоего Бога Ваагна утвердишь там свет и созидание.
— Месраим, — сказал Торгом, — мне твоя земля не нужна. Если вы счастливы во тьме, живите без света на вашей земле. Я буду сражаться лишь за свою землю, за свой Арарат, который я унаследовал от предков и должен передать потомкам таким же светлым, богатым и цветущим. Я буду сражаться, чтобы Род Ариев вечно жил и творил в Арарате.
— Как будем сражаться?- спросил Месраим.
— Месраим, — сказал Торгом, — давай не будем подвергать опасности наших молодых воинов, давай сразимся вдвоем.
Увидев, какие храбрецы стоят за спиной Торгома, Месраим согласился.
— Как будем сражаться?- спросил Торгом, — мечами или стрелами, булавами или врукопашную? Выбирай.
Месраим заколебался: "Если будем сражаться мечами — от его меча-молнии нет спасения, если стрелами — он молод и остроглаз, если булавами — очень тяжела его булава. Быть может, я избегну смерти, если будем бороться в рукопашную".
И Торгом с Месраимом сцепились друг с другом так, что земля задрожала под их ногами и пыль закрыла небо. Их страшные крики разносились далеко вокруг, так что Арии в своем Арарате говорили: "Гроза грохочет в небе", а Чарии в своем краю говорили: "От землетрясения падают горы".
Три дня и три ночи боролись они и не могли одолеть друг друга. Торгом был силен, а Месраим — хитер.
На четвертый день Месраим почувствовал, что убывают его силы, а Торгом становится все сильнее, и сказал:
— Стой, Торгом, ты непобедим не сам по себе, тебе передалась мощь твоего Бога — Ваагна.
— Да, — ответил Торгом, — но и ты увертлив не сам по себе, хитрость и изворотливость твоего Бога Вишапа передались тебе.
— Это так, — сказал Месраим, — мы никогда не сможем одолеть друг друга. Давай помиримся, я буду славить своего Бога, а ты — своего, и давай побратаемся и поклянемся: если я умру раньше — ты будешь защищать мою семью, если же ты умрешь раньше — я стану покровителем твоей семьи.
Подали друг другу руки и поклялись своими предками отныне быть братьями. Наивен был Торгом, и искренним было его примирение. Хитер был Месраим, и фальшивым был его обет.
Торгом вернулся в вечный город. Он был доволен собой, был уверен, что совершил богоугодное дело. И разжег большой костер, принес жертвы, восславил Отца Ара, Бессмертных Богов и святых предков. И удивился, когда увидел, что Боги и души предков не приняли участия в этом обряде. Понял Торгом, что Боги не принимают его жертву. Загрустил он, задумался. И явилась ему Мать Анаит.
Он опустился перед ней на колени:
— О, Мать Анаит, скажи, в чем моя ошибка, почему Боги не приняли мою жертву, ведь я примирился, не пролив крови.
— Нет, дитя мое, ты обманут Месраимом. Знай, что хитрость — достоинство Чариев и их единственное оружие против Ариев. И этим оружием тебя поразили. И в силу данного тобой обета многие поколения Чариев будут бороться против Ариев, используя их же кровь.
И тревога овладела Торгомом, и стал он думать, как спасти свой Род от данного им обета, и возвел он неприступные крепости, но соорудить крепость против хитрости Титанов — он не смог.
|
